Тысяча заговоров

Самое полное собрание заговоров для самостоятельного использования в домашних условиях

Полезно знать: Колечко

«Расчешись хотя бы сейчас, нотариус придет, а ты как лахудра!» – племянница зло сверкнула глазами и вышла из комнаты, в которой на постели осталась Мария. Всякий раз, когда она на нее кричала, ей было не столь обидно, сколь досадно, что она, Мария, не может осадить ее за хамский тон, за злое выражение лица, с которым она почти всегда разговаривала с ней. Детей у Марии не было, муж умер, и теперь она вся была во власти дочери своей сестры, которая умерла полгода назад.

Когда Марии исполнилось восемьдесят лет, она в одночасье потеряла силы. Легла вроде здоровой, а проснулась уже без сил. В больницу ее не взяли, и поскольку она не могла обходиться без помощи, ей пришлось позвонить Катерине, дочери покойной сестры. Та приехала и, не спросив, ела ли она и как ее здоровье, стала по-хозяйски лазить в шкафах. Всю свою жизнь Мария была строгого нрава, не то что бы сухарем и занудой, а просто она во всем любила порядок. Должности ее всегда были мужские: бригадир, мастер, прораб, а потом начальник стройки. Работала она в основном среди мужиков и всех всегда умела держать в кулаке. Не было в ее подчинении пьяниц и лодырей. Даже муж ей во всем подчинялся – как она хотела, так всегда все и было. Работала Мария как лошадь, выполняя и перевыполняя пятилетки, никогда не думая о себе. Когда она скинула ребенка, врач сказал, что матерью ей никогда не быть. Выйдя на пенсию, она поняла, что никому не нужна, о ней забыли и сослуживцы, и страна, которой она служила верой и правдой. В тот день, когда она уходила на пенсию, муж неожиданно преподнес ей подарок – колечко золотое с красным глазком. Мария была тронута не подарком, на который муж потихоньку откладывал карманные деньги, а то, как он подарил ей это кольцо. В этот момент глаза мужа были опять ярко-синие, как когда-то в молодости, и он почти шепотом произнес: «Никого в целом мире нет лучше тебя!» От этих воспоминаний защипало в носу, а из глаз брызнули слезы, но додумать эту мысль она не успела, в комнату вновь влетела племянница. За ней вошел седоватый представительный мужчина, которого тут же посадили за стол, и Мария поняла, что это пришел нотариус, для того чтобы она отписала свою квартиру и все, что имеет, дочери своей сестры. С трудом поднявшись и опираясь на палку, Мария приблизилась к столу, и ей тут же пододвинули листы с гербами. Лицо племянницы ярко пылало румянцем, видимо, от волнения: что ни говори, а теперь она будет хозяйкой большой московской квартиры, дачи, денег на книжке и чешского гарнитура, который Мария когда-то приобрела по случаю награждения ее самим Хрущевым орденом за труд. «Вот здесь распишитесь», – попросил Марию нотариус, а она, не слыша его, неотрывно смотрела на руку своей племянницы – на ее пальце горело красным огоньком кольцо Марии, подаренное мужем. Комната закружилась, стало невыносимо зябко, будто старая кровь разучилась бежать по своим руслам, остановилась и похолодела. Пытаясь удержаться рукой за столешницу, Мария так и не отвела взгляда от кольца, которое, судя по всему, ей уже больше не принадлежало, так же как и все то, что у нее до этой минуты было… Нотариус пытался одеть пальто и шляпу, но Катерина тянула из его рук вещи, предлагая то одну, то другую еще более крупную сумму за то, чтобы «это» дело было все же доведено до конца. Наконец сумма оказалась привлекательной, и нотариус снова уселся на свой стул. На столе появились документы и давнишние письма, написанные рукой Марии, чтобы можно было правильнее подделать подпись на заранее составленном завещании. Дело двигалось споро, и никто не смотрел вниз, на пол, где неподвижно лежало холодеющее тело Марии.

Похожие заговоры






seo analysis Рейтинг сайтов Женщинам